Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Должен ли адвокат собирать доказательства?



На заседании Научно-консультативного совета Федеральной палаты адвокатов РФ обсудили две противоположные точки зрения на вопрос о роли адвоката как субъекта доказывания в уголовном процессе. По мнению Юрия Новолодского, адвокат не только вправе, но и обязан собирать доказательства – иначе говорить о практической реализации конституционного принципа состязательности невозможно. Тогда как Генри Резник указал, что Конституцией юридическая обязанность по доказыванию возлагается на сторону обвинения, адвокат же является представителем, на которого она возложена быть не может.

Как сообщает пресс-служба ФПА, 28 июня состоялось заседание Научно-консультативного совета ФПА РФ, посвященное развитию науки об адвокатуре и роли адвоката как субъекта доказывания в уголовном процессе.

В начале заседания решено было обсудить вопрос развития науки об адвокатуре. Члены НКС отметили, что в целях совершенствования научного подхода к разрешению сложных проблем теории и практики адвокатуры необходимо привлекать к исследованиям не только подготовленных специалистов, но и защитившихся молодых ученых. Для этого, по мнению большинства участников заседания, требуется увеличение числа диссертаций по темам, непосредственно связанным с адвокатской деятельностью.

По второму вопросу разгорелась дискуссия о роли адвоката как субъекта доказывания в уголовном процессе. C докладом выступил заместитель председателя Комиссии Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов, член Совета АП Санкт-Петербурга Юрий Новолодский. Он полагает, что в настоящее время основной задачей адвокатуры должно стать повышение эффективности защиты. Докладчик отметил, что Конституцией РФ и положениями УПК РФ для практической реализации своих задач в области доказывания стороны обвинения и защиты наделяются равным набором процессуальных прав, из чего следует, что адвокат является полноправным субъектом доказывания.

По мнению Юрия Новолодского, адвокат не только вправе, но и обязан собирать доказательства по делу, поскольку, если усилиям стороны обвинения по формированию у судьи внутреннего убеждения, выгодного для интересов обвинения, не будет противопоставлена равносильная профессиональная деятельность защитника, обеспечивающая интересы участников процесса со стороны защиты, говорить о практической реализации конституционного принципа состязательности и равноправия сторон будет невозможно.

Иную точку зрения высказал в своем выступлении вице-президент ФПА РФ, первый вице-президент АП г. Москвы, член Московской Хельсинкской Группы Генри Резник, обратив внимание на то, что существует юридическое и фактическое бремя доказывания.

Генри Резник напомнил, что Конституцией РФ юридическая обязанность по доказыванию возлагается на сторону обвинения. Адвокат же является представителем, на которого не может быть возложена юридическая обязанность по доказыванию. При этом, продолжил Генри Резник, фактическое бремя доказывания несет любой участник уголовного судопроизводства, который утверждает какой-либо факт. Это фактическое бремя может переходить с одной стороны на другую в течение процесса несколько раз. Таким образом, по мнению Генри Резника, адвокат не является субъектом обязанности доказывания, являясь при этом, как и любой участник уголовного судопроизводства, субъектом доказывания в целом.

Отметим, что ранее Генри Резник высказывал аналогичную позицию, комментируя «АГ» дело адвоката Александра Лебедева, обвиняемого в представлении суду подложного доказательства. Тогда он указал, что в процессуальном смысле доказательства собирают и формируют только лица, ответственные за проведение процесса в конкретных стадиях судопроизводства, – дознаватель, следователь, прокурор и судья. А применительно к другим участникам процесса, включая адвоката-защитника, этот термин употребляется чисто технически, поскольку иначе в УПК пришлось бы писать каждый раз целые фразы о документах и сведениях, которые могут иметь доказательное значение. Адвокат не в силах придать сведениям, которые он собирает, свойство допустимости, тогда как доказательства – это единство двух свойств: допустимости и относимости.

После выступлений Юрия Новолодского и Генри Резника состоялась дискуссия, по итогам которой участники пришли к выводу о необходимости определить единую терминологию, используемую в уголовно-процессуальном законе в отношении доказательств и ряда других понятий. Обсуждение будет продолжено на одном из следующих заседаний НКС.

Источник: Адвокатская газета, 29.06.2018


МХГ в социальных сетях

  •  
Прекратить дело "Нового величия"!
Остановим пытки в российских тюрьмах! #БезПыток
Отпустите их к мамам. Аня Павликова и Маша Дубовик не должны сидеть в СИЗО
Помогите спасти Олега Сенцова и других политзаключенных! Help to save Oleg Sentsov!
Освободим правозащитника Оюба Титиева #SaveOyub #SaveMemorial
О создании Комитета действий, посвященных памяти Бориса Немцова
Требуем немедленной отставки директора ФСБ России А.В. Бортникова

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2018, 16+. Текущая версия сайта поддерживается благодаря проекту, при реализации которого используются средства гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.