Поддержать деятельность МХГ                                                                                  
Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

"Жуткое скопление людей". Как российские суды выходят из карантина



Суды в большей части регионов России возобновили работу с 12 мая. Единого для всех плана выхода из режима карантина нет, алгоритм работы в каждом суде определяет его председатель. За первую неделю работы судов в так называемом полном объеме юристы уже указали на нарушения и обратились с открытым письмом к главе Верховного суда (ВС). Мнения о том, рационально ли в сегодняшних реалиях судам начинать работу в прежнем режиме, разделились. С начала мая ежедневный прирост заболевших коронавирусом в России составляет в среднем от 9 до 11 тысяч человек.

Судебный департамент при Верховном суде России 7 мая разослал председателям судов письмо с "предложением" возобновить работу судов и органов Судебного департамента в полном объеме с 12 мая. В письме подчеркивалась необходимость соблюдать условия режима повышенной готовности в регионе и требования главного санитарного врача страны. 8 мая начальник отдела по связям со СМИ судебного департамента Верховного суда Вадим Зиятдинов уточнил, что окончательное решение о том, возобновлять ли работу и если возобновлять, то в каком режиме, остается за председателями судов.

В каком режиме сейчас работают суды

Уже на следующий день Московский городской суд объявил, что, как и в так называемые нерабочие дни (продолжавшиеся по решения Владимира Путина до 12 мая), московские районные суды до 31 мая продолжат рассматривать только безотлагательные дела.

Суды Санкт-Петербурга в свою очередь сначала объявили о возобновлении работы и действительно назначили проводить заседания 12 мая. Но в тот же день губернатор города Александр Беглов издал постановление о продлении карантина в связи с ухудшением эпидемиологической ситуации в Петербурге, и Городской суд Петербурга отказался от возобновления работы, продлив ограниченный режим рассмотрения дел.

Суды в остальных регионах (в том числе арбитражные суды Петербурга и Москвы, арбитражный суд Московского округа, Московский, Калининградский и Псковский областные суды) по большей части начали работу, обязав посетителей надевать маски, в некоторых регионах – и маски, и перчатки. В ряде судов при входе приставы измеряют температуру. Сами работники суда при этом, по словам адвокатов, средства защиты используют далеко не всегда.

– Я был в процессе в Новгородском областном суде, и там все (и участники процесса, и слушатели) должны быть обязательно в масках. При этом сами приставы без масок и без перчаток, секретари судов в масках, судьи – кто в масках, кто без. Я пытался выяснить у приставов, какие именно маски нужны, они сказали: "Все равно какие, лишь бы что-то было на лице. Нам все равно, как эта маска фильтрует, фильтрует ли она, защищает или нет, главное – наличие". Подход непонятный, – рассказывает адвокат Константин Маркин. – Я к началу работы судов отношусь положительно, потому что сейчас накопился очень большой вал дел, его надо разгребать. Поэтому, учитывая, что на большое количество заседаний приходят только стороны, в зале находится не много людей и их можно рассадить на нормальном расстоянии. Хорошо, что начнет разгребаться вал дел, потому что чем дольше он будет копиться, тем больше опасность, что дела будут потом рассматриваться быстро и поверхностно. И в этой гонке могут упускаться детали.

По словам Маркина, в уголовном процессе очень важны сроки:

– Сроки привлечения к уголовной ответственности не приостановлены, а сделать мы ничего не можем, время идет, человека не привлекают в итоге к уголовной ответственности, потерпевший остается крайним. Безусловно, есть опасность, что письмо Верховного суда отчасти развязало руки председателям судов, но у нас, в Новгороде, это так не выглядит. Даже во время карантина нам предлагали два варианта: либо проводим заседание без участия сторон, только с представителем, либо переносим. Жестких условий не было, нам предлагали варианты, и, получается, что не судьи решают, а мы. И это нивелирует произвол.

Адвокат Илья Уткин подчеркивает, что суды в принципе не должны были останавливать работу, потому что именно приостановка работы суда нарушает права граждан:

– Начало работы судов – это закономерно. Я вообще не понимаю, какая должна быть ситуация, чтобы суд приостановил работу. Война только. Сроки горят, сроки – это фундамент, на котором строится правовая система страны. Суды не должны были приостанавливаться в принципе, нужно обеспечивать правосудие. Суда нет, а что тогда с государством? Мэрия Москвы рапортует, что из 35 тысяч штрафов за нарушение самоизоляции ни один не обжалован. А как обжаловать, если суды не работают? Процессуально работа суда сейчас должна выглядеть так: выходим, например, в уголовный процесс, и если одна из сторон заявляет, что хочет проводить заседание с участием слушателей, то заседание откладывается до лучших времен. Так и произошло с "Новым величием". Если же таких заявлений нет, значит, продолжаем рассматривать. А что касается указаний председателей каждого конкретного суда, то у нас же, в целом, в стране непонятная правовая конструкция, связанная с так называемым карантином. Поэтому каждый и решает, как хочет. Это уже неудивительно, – говорит он.

Обвиняемые по делу "Нового величия" Мария Дубовик и Анна Павликова (слева направо) у здания Люблинского районного суда. 7 мая 2020 года

Обвиняемые по делу "Нового величия" Мария Дубовик и Анна Павликова (слева направо) у здания Люблинского районного суда. 7 мая 2020 года

Формально многие суды вышли из режима карантина, но порядок работы в каждом из них свой и зависит от распоряжения председателя суда. Почти все, например, отказываются пропускать в суд граждан, которые не являются непосредственными участниками процесса. Адвокаты и правозащитники отмечают, что это нарушение.

– В соответствии со статьей 241 УПК РФ разбирательство уголовных дел во всех судах открытое, за исключением некоторых случаев, определённых законом. Это положение создаёт большие возможности для реализации задач уголовного судопроизводства – защиту прав и законных интересов лиц и организаций, защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. В условиях, когда доступ к открытому по закону судебному заседанию ограничивается, нарушается право человека на открытое судебное разбирательство. Да, суды, конечно, ссылаются на пандемию, но это все равно нарушение, – подчеркивает адвокат Нелля Шишова.

Многие региональные суды ограничили доступ не только для слушателей, но и для адвокатов, приехавших из Москвы, Московской области и Петербурга. На входе в суд их просят представлять "подтверждение пройденного двухнедельного карантина", – сказано, например, на сайтах Арбитражного суда Уральского округа, Ленинского районного суда Екатеринбурга. Разъяснений о том, как может выглядеть подобное подтверждение, как и кем оно будет устанавливаться и проверяться, нет. Адвокаты подчеркивают, что подобные ограничения для допуска адвоката – "самодеятельность", и законных оснований под этими требованиями нет.

Зона риска

По "предложению" Верховного суда начал работу и Московский областной суд, 13 мая попасть в него можно было, лишь отстояв длинную очередь. Адвокат Елена Сагайдачная рассказывает, что в очереди на вход в суд она провела 40 минут:

– Люди на улице соблюдали социальную дистанция, поэтому очередь была бесконечной. Приставы пускали группами по 3–5 человек, на входе проверяли паспорта и полномочия, измеряли температуру, наличие масок и перчаток было обязательным. А дальше началось самое интересное, – рассказывает адвокат.

Елена Сагайдачная подчеркивает, что в зале, в котором у нее было назначено заседание, 13 мая должно было слушаться порядка 40 дел. Адвокат приехала в суд около 14 часов, в зал судебного заседания ей удалось попасть только спустя 6 часов. Все это время она провела в коридоре, где по ее подсчетам, только на одном этаже было порядка 60 человек:

– Там было жуткое скопление людей. Планировка Мособлсуда предполагает "крылья", в каждом крыле 3–4 зала. Гардероб не работает, оставить одежду нельзя, вентиляции нет, дышать нечем, еще и эта маска, через несколько часов никакая дистанция уже не соблюдалась, все сидели плечом к плечу, потому что устали. Через несколько часов мы попросили работника суда открыть окно. Долго возмущались, но в итоге окно открыли, – рассказывает Сагайдачная. – И так было на всех этажах. Уйти куда-то из коридорчика невозможно, потому что из зала выходит сотрудник суда, который проверяет явку, и если ты уйдешь, можешь не услышать свое имя и не попасть в заседание. И если там из всей толпы кто-то один был инфицирован, то, думаю, инфицированы все.

Адвокат отмечает, что назначение такого количества дел с учетом эпидемиологической ситуации в России – необоснованно и опасно.

– То, что было 13 мая, – нормальная для Мособлсуда нагрузка, но в настоящих условиях это ненормально. Возобновление работы суда в полном объеме – преждевременно. Нужно ввести некие ограничительные меры, назначать столько заседаний, сколько реально могут рассмотреть, – говорит Елена Сагайдачная.

Верховный суд должен разъяснить

Пока подобные условия работы судов скорее исключение, чем правило. Тем не менее, еще 12 мая юристы обратились к главе Верховного суда Вячеславу Лебедеву с открытым письмом. Они отметили, что возобновление работы судов в полном объеме сейчас опасно.

"Специфика устройства судов, с пропускным режимом, порой многочасовым ожиданием и общением десятков, а в крупных судах многих тысяч, посетителей в крайне ограниченных пространствах, особенность устного и открытого судебного разбирательства, где множество людей, находясь в ограниченных (чаще всего непроветриваемых) помещениях, взаимодействуют с судьями и другими участниками, неизбежно передавая друг другу множество документов и доказательств, создают все необходимые предпосылки для передачи вируса", – сказано в обращении.

Юристы также подчеркнули, что часто участники процесса вынуждены посещать суды в разных регионах, где карантинные меры отличаются – это может быть препятствием к тому, чтобы добраться до суда. Они попросили Лебедева принять для судов единый план и механизм поэтапного выхода из режима ограничений.

Под обращением подписалась в том числе управляющий партнер адвокатского бюро "Гребнева и партнеры" Ирина Гребнева. Она говорит, что в суде нет возможности соблюдать социальную дистанцию и риск заражения с началом работы судов в полном объеме возрастает:

– Сейчас суды в Новосибирске работают практически в обычном режиме. Но на входе меряется температура, проверяется наличие масок и перчаток. Сотрудники суда стараются сделать все, чтобы люди держались друг от друга на расстоянии. И судьи, и приставы также работают в масках и перчатках, – рассказывает Ирина Гребнева. – К решению ВС мы относимся с принятием, это наша работа, и мы приспосабливаемся к той ситуации, которая есть. Но я считаю, что если проводить сейчас заседания, то это надо делать с использованием ВКС (видео-конференц-связь), потому что с учетом текущей ситуации с количеством зараженных, решение о возобновлении работы в некоторой степени непоследовательное.

Адвокаты отмечают, что инициатива ВС, касающаяся возобновления работы судов в условиях, когда ограничительные меры как таковые сохраняются, им непонятна. В то же время они уверены, что снятие ограничений в ближайшее время подвергает большому риску участников процесса, в том числе заключенных.

– С 1 июня у меня вроде возобновляется процесс по уголовному делу, как я предполагаю, из СИЗО в суды начнут вывозить заключенных. Я считаю, что заключенные находятся в зоне риска, вывозить их в суд – нехорошо и неправильно. Ни о какой дистанции там речь идти в принципе не может. Если вывозить их нельзя, значит, нельзя и слушать дела в первой инстанции. Поэтому это решение суда [о возобновлении работы] я просто не понимаю – несмотря на то, что я совершенно не подвержена панике. Как оно должно исполняться, чтобы не навредить людям, которые находятся в такой серьезно зоне риска, я не знаю. Вывозить нельзя, слушать нельзя, значит о чем это постановление? Если кто-то мне объяснит, будет здорово. Но никто не берется, что-то понять невозможно, – комментирует адвокат Анастасия Саморукова.

Таким образом, начав работу в "полном объеме", большая часть судов допускает на заседания только участников процесса, заключенные пока участвуют в заседаниях только по ВКС – по закону проводить заседания в таком режиме можно не по всем делам, слушателей в здание суда не допускают, ссылаясь на особые меры, связанные с пандемией, многие суды отказывают в допуске адвокатам из других регионов. К концу первой рабочей недели режим работы судов в разных регионах продолжает различаться.

– На сайтах судов пишут странные вещи. Есть суды, на сайтах которых в начале недели было сказано, что те, кто пришел в суд без маски, может быть не допущен в здание. То есть рекомендательный характер. Судебные процессы бывают разные, бывают очень длительные по времени. И все это время, как я понимаю, участники должны находиться в масках. Если это не респираторы, их нужно менять каждые два часа. В каждом зале суда не одно, а несколько заседаний проходит. Как обеспечивается дезинфекция, проветривание и кварцевание? Непонятно. На сайтах судов пишут, что могут присутствовать только участники процесса с соблюдением социальной дистанции, – говорит инфекционист, эксперт "Руси Сидящей" Анна Клименко. – О новой вспышке в связи с началом работы судов я не говорю, потому что вспышка идет сейчас, ни о каком плато и речи быть не может пока. В любом случае, если вы вводите ослабления, почему вы начинаете их с судов? Вообще, с "умением" у нас в стране все правильно организовывать у меня есть большие опасения, что риск заражения в судах очень высок. Риск заражения в суде, безусловно, увеличивается. При том же досмотре на входе в суд – прямой контакт пристава и посетителя, и никакой социальной дистанции.

Единого мнения о том, как должны проводиться заседания, нет, но к той системе работы, которую предлагают районные суды сегодня, есть вопросы и у юристов, и у медиков.

Автор: Светлана Осипова

Источник: Радио Свобода, 18.05.2020


Леонид Невзлин

Сергей Кривенко

МХГ в социальных сетях

  •  
Остановите принятие законопроекта расширения прав Полиции
ФСИН, предоставьте информацию об эпидемической ситуации в пенитенциарных учреждениях!
Освободите Юрия Дмитриева из-под стражи!
Призываем к максимально широкой амнистии из-за коронавируса
Открытое письмо об экстренных мерах по борьбе с эпидемией коронавируса в России
НЕТ! Манифест граждан России против конституционного переворота и узурпации власти
Совет Европы, запросите срочную правовую экспертизу изменений в Конституцию России!

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2020, 16+.