Поддержать деятельность МХГ                                                           
Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

"Действительность оценивает болезненно неправильно"



На фото Генри Резник, адвокат, вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ, член Московской Хельсинкской группы и член президентского Совета по правам человека. Фото: Анна Артемьева / Новая газета

«Новая газета» вспоминает вместе с членом МХГ адвокатом Генри Резником статьи старого УК. Например, статью за «антисоветскую агитацию и пропаганду». Беседует Вера Челищева.

В СССР любую форму инакомыслия власти нейтрализовали отправкой граждан в психушки. В современной России «проблему» с несогласными в психушках пока не решают. Главное оружие — широкий спектр уголовных статей: от «участия в деятельности экстремистской организации» до «повторного нарушения закона о митингах и шествиях», «перекрытия дорог», «нарушения санитарных норм», «применения насилия в отношении представителя власти», «массовых беспорядков» и «призывов к ним». Большинство статей позволяет отправлять нынешних инакомыслящих на зоны, где их не лечат и где они иногда погибают. «Новая газета» решила вспомнить вместе с адвокатом Генри Резником, за что и как судили антисоветчиков за железным занавесом.

Психоневрологический диспансер в СССР. Фото: Олег Пороховников / ТАСС

Родная 70-я УК РСФСР

В СССР в 60–80-е годы несогласных с режимом граждан наиболее часто судили по одной и той же статье — 70 УК РСФСР «Антисоветская агитация и пропаганда». Она была резиновая, как сейчас «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности». И не важно, что понималось под антисоветской деятельностью: выход на площадь, распространение самиздата или публикации статей на Западе. Несогласных, осужденных по этой статье, отправляли на зоны, где они устраивали голодовки и порой умирали от неоказания медицинской помощи (так, Юрий Галансков, осужденный на 7 лет строгого режима за выход на митинг, умер в лагерной больнице в Мордовии от заражения крови после неудачно проведенной операции), либо высылали из страны, лишая гражданства (как Солженицына).

Генри Резник, адвокат:

Статья «Антисоветская агитация и пропаганда» считалась государственным преступлением, а потом, в перестройку, ее признали неконституционной нормой. Она была до неприличия антиконституционна: по сути, людей судили за оценочные суждения.

По ней судили Синявского и Даниэля (судебный процесс в СССР против писателей Андрея Синявского и Юлия Даниэля проходил в 1965–1966 гг., их обвиняли в передаче на Запад своих рукописей, «порочащих советский государственный и общественный строй». — Ред.), Гинзбурга, Галанскова (так называемый «Процесс четырех» — один из известных политических процессов против диссидентов 1960-х годов. Активистов самиздата КГБ арестовал в январе 1967 года за составление и публикацию за границей сборника «Белая книга» по делу Синявского и Даниэля. — Ред.). Только пара судебных процессов формально были открытыми, но вход на них был по пропускам, распределение которых происходило тайно. Открытым был суд по Якиру и Красину. И то потому, что они там покаялись в «антисоветской деятельности».

Я пришел в адвокатуру в 1985-м, и применение этой статьи еще застал. В том году по 70-й статье был арестован писатель, журналист, ученый и диссидент Лев Тимофеев. За то, что распространял в самиздате и публиковал за границей свои произведения, его приговорили к 6 годам лагерей.

Применялась к несогласным и 64 статья УК РСФСР — «Измена Родине», содержащая упоминание о «бегстве за границу или отказе возвратиться из-за границы в СССР». Репрессиям по ней подвергали тех, кто пытался эмигрировать.

По статье 72 УК РСФСР «Организационная деятельность, направленная к совершению особо опасных государственных преступлений, а равно участие в антисоветской организации» преследовались члены организаций, созданных не по указанию властей, а по инициативе рядовых граждан.

В 1966 году Президиум Верховного Совета РСФСР дополнил Уголовный кодекс Страны Советов еще рядом статей — специально для диссидентов. Ими стали:

  • статья 190.1 — «Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй»;
  • статья 190.2 — «Надругательство над Государственным гербом или флагом»;
  • статья 190.3 — «Организация или активное участие в групповых действиях, нарушающих общественный порядок».

Генри Резник:

Статья 190.1 УК РСФСР изначально звучала так: «Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй с целью подрыва советской власти».

Позднее статью ослабили, сделав к ней примечание: «без цели подрыва советской власти». Ну потому что невозможно было доказать, что своими литературными произведениями люди ставили цель подорвать власть.

Кроме политических статей к инакомыслящим применялись и откровенно уголовные — например, статья 209 УК РСФСР «Систематическое занятие бродяжничеством или попрошайничеством»; обвинение в «хулиганстве», «паразитизме», «тунеядстве» (вспомним суд над Иосифом Бродским).

Использование властями этих статей было удобным способом избежать широкого общественного и международного резонанса.

Психушки

Главным оружием советской власти против критиков режима было насильственное помещение в психиатрические больницы. О психушках советские газеты не писали. Госпитализация в «дурку» происходила без шума и лишних скандалов. В понимании властей такие госпитализации нивелировали незаконность репрессий и произвол в отношении преследуемых.

В психушки засовывали всех, кто так или иначе представлял опасность своими взглядами:

  • диссидентов,
  • активистов-правозащитников,
  • представителей национальных движений,
  • граждан, собиравшихся эмигрировать,
  • религиозных инакомыслящих,
  • участников неофициальных групп, пытавшихся отстаивать свои трудовые права,
  • лиц, отстаивавших их в одиночку,
  • а также «подписантов» — людей, которые подписывались под значимыми письмами, например в защиту преследуемых диссидентов.
  • Помещали в психиатрические больницы и рядовых граждан, которые то и дело жаловались на бюрократизм и те или иные злоупотребления чиновников в Центральный комитет КПСС, Президиум Верховного Совета, Совет Министров.

В психиатрических лечебницах МВД СССР оказывались как уже осужденные по 70-й статье граждане, так и те, кто осужден не был. Некоторых диссидентов отправляли туда вообще без возбуждения уголовного дела. Еще в 1961 году была введена в действие Инструкция Минздрава СССР «по неотложной госпитализации психически больных, представляющих общественную опасность». Она давала зеленый свет на внесудебное лишение свободы (когда любые законные основания для ареста отсутствовали). Гражданин, госпитализированный в соответствии с этой Инструкцией, мог пробыть в психиатрическом стационаре сколь угодно долго. При этом право госпитализируемого на защиту отсутствовало, как и право пользоваться услугами адвоката и обжаловать решение о принудительной госпитализации.

Пациенты во время прогулки на территории лечебницы. Фото: Владимир Веленгурин / ТАСС

Людей чаще отправляли в психбольницы специального типа. Это были учреждения закрытые и находившиеся в ведении МВД СССР, а фактически в подчинении 5-го управления Комитета госбезопасности. Такие специальные тюремные психушки. Кстати, начало им было положено еще в 1930-х годах по инициативе сталинского прокурора Андрея Вышинского. С начала 1960-х гг. сеть тюремных психушек по стране разрослась: они были в Смоленской, Амурской, Калининградской, Орловской, Костромской областях и многих союзных республиках. В Москве наиболее известными среди «психотюрем и тюрем с психотделениями» были больница при Институте им. Сербского, Новослободская и Бутырская тюрьмы, тюрьма «Матросской Тишины», психиатрическая больница в Белых Столбах (Московская область), в Ленинграде — психотделение в «Крестах».

Генри Резник:

В основном людям ставили диагноз «вялотекущая шизофрения» или «сутяжно-паранойяльное развитие личности». И такие искусственные диагнозы приклеивали абсолютно здоровым людям просто потому, что они были не согласны с режимом. Психушки носили массовый характер, но эта практика действительно мало кому была тогда известна.

К несогласным в психушках применяли нейролептики, причем иногда длительный период, что влекло особенно тяжелые последствия и в ряде случаев приводило к развитию органического поражения головного мозга. Помимо насильственных инъекций узники психушек подвергались жестоким избиениям. Смертельные исходы были не редкость.

Диссидент Виктор Файнберг. В августе 1968 года вместе с коллегами (Константином Бабицким, Татьяной Баевой, Ларисой Богораз, Натальей Горбаневской, Вадимом Делоне, Владимиром Дремлюгой и Павлом Литвиновым) он провел на Красной площади сидячую демонстрацию, протестуя против ввода советских войск в Чехословакию. Суд над участниками демонстрации вызвал большой общественный резонанс за рубежом: процесс пытались освещать мировые СМИ. В этой связи у комитета безопасности возникли трудности: Виктору Файнбергу на допросах выбили все передние зубы, его появление в суде было нежелательным. Выход нашелся: мужчину признали невменяемым и отправили в специальную психиатрическую больницу в Ленинграде, где он удерживался 4 года.

Виктор Файнберг

Дважды принудительно направлялась в психушки с диагнозом «вялотекущая шизофрения» и Наталья Горбаневская. В вину ей ставили не только участие в демонстрации на Красной площади, но и написание и распространение письма об этой демонстрации, участие в издании «Хроники текущих событий».

Наталья Горбаневская

Два года провел в психушке особого типа математик Илья Рипс, совершивший в Риге попытку самосожжения в знак протеста против ввода советских войск в Чехословакию. Диагноз — «вялотекущая шизофрения». Впоследствии под давлением западных математиков советские власти разрешили ему эмигрировать в Израиль, где Рипс сделал выдающуюся математическую карьеру.

Илья Рипс

Тоже почти два года (в 1970–1972) на принудительном лечении в специальной психбольнице находилась Валерия Новодворская — за то, что писала стихи и прозу «антисоветского содержания». Ей поставили диагноз «вялотекущая шизофрения, параноидальное развитие личности».

Валерия Новодворская

Советско-французский математик и диссидент Леонид Плющ за «антисоветскую агитацию и пропаганду» был помещен в Днепропетровскую специальную психиатрическую больницу, где ему насильно давали высокие дозы галоперидола, из-за чего он испытывал мучительные двигательные нарушения. За его освобождение боролись международные организации и известные правозащитники, включая академика Андрея Сахарова. После 4-летнего пребывания в психбольнице ему удалось эмигрировать во Францию.

Леонид Плющ

Три недели во время процесса по делу «о тунеядстве» содержался в психиатрической больнице в Ленинграде поэт Иосиф Бродский. По его воспоминаниям, в больнице к нему применяли «укрутку»:

ВОСПОМИНАНИЯ

Иосиф Бродский:

«Глубокой ночью будили, погружали в ледяную ванну, заворачивали в мокрую простыню и помещали рядом с батареей. От жара батарей простыня высыхала и врезалась в тело».

Иосиф Бродский

Заключение экспертизы гласило: «В наличии психопатические черты характера, но трудоспособен. Поэтому могут быть применены меры административного порядка». И Бродский был приговорен к максимально возможному по указу Президиума Верховного Совета РСФСР о «тунеядстве» наказанию — пяти годам принудительного труда в отдаленной местности.

Сын поэта Сергея Есенина, математик, романтик и диссидент Александр Есенин-Вольпин, провел в психбольницах в общей сложности 14 лет (диагноз, естественно, «вялотекущая шизофрения»): то за написание и чтение стихов «антисоветского» характера, то за передачу за границу этих стихов, то за подачу заявления о выездной визе в США (его пригласили на научную конференцию в Штаты), то за организацию митинга в Москве на Пушкинской с требованием гласного суда над Синявским и Даниэлем.

Для КГБ Вольпин был особо раздражающим фактором. Еще бы. Именно он являлся автором распространявшейся в самиздате «Памятки для тех, кому предстоят допросы».

Александр Есенин-Вольпин

Около 8 лет удерживался в Ленинградской тюремной психбольнице геофизик Николай Самсонов. Причина: всего-навсего написал трактат «Мысли вслух», где рассматривался вопрос о создании бюрократической элиты и искажении ленинских принципов. Психиатры клиники считали Самсонова здоровым, однако советовали ему признать свой трактат плодом больного воображения, что «свидетельствовало бы о его выздоровлении». Лишь после того как ему начали вводить тяжелый нейролептик и состояние его здоровья резко ухудшилось, Самсонов подписал заявление о том, что во время написания трактата «был душевно болен».

Виктор Рафальский за написание антисоветской прозы и хранение антисоветской литературы с диагнозом «шизофрения» провел в психиатрических больницах… 26 лет, из них 20 лет — в больницах специального типа. И только в 1987 году был реабилитирован и признан психически здоровым. Опубликовал воспоминания «Репортаж из ниоткуда», где описывал эти 26 лет своей жизни.

Виктор Рафальский

Писатель и скульптор Михаил Нарица неоднократно насильно удерживался в Ленинградской психушке. Передавал рукописи на Запад, был автором резкого письма Хрущеву, написал одно из первых свидетельств о карательной психиатрии в СССР — очерк «Преступление и наказание». Одно из медицинских заключений по нему гласило:

ЦИТАТА

Из медицинского заключения: «Имеет собственную систему взглядов на государственное устройство с позиций свободных идей. Советскую действительность оценивает болезненно неправильно, исходя из неправомерных обобщений отдельных недостатков. Страдает психическим заболеванием в форме параноического развития личности и не может отдавать отчета в своих действиях и руководить ими».

Михаил Нарица

Известный белорусский диссидент Михаил Кукобака в тюрьмах и психбольницах тюремного типа находился в общей сложности 17 лет. Все началось после того, как он открыто выразил несогласие с введением советских войск в Чехословакию, направив письмо в чехословацкое консульство с протестом. В конце августа 1968 года при вызове в киевский военкомат заявил его сотрудникам: «Вздумаете послать в Чехословакию, поверну автомат против вас, против оккупантов, и выступлю на стороне народа». Кукобаку трижды подвергали судебно-психиатрической экспертизе в Институте им. Сербского, на него было заведено несколько уголовных дел. В вину ему ставили: отказ от участия в выборах, субботниках и мероприятиях КПСС и даже распространение текста Всеобщей декларации прав человека в общежитии города Бобруйска… В справке на госпитализацию, выданной одним психоневрологическим диспансером, значилось: «По сведениям госбезопасности, [Кукобака] страдает манией переустройства общества, социально опасен».

Михаил Кукобака

В мае 1970 года в калужской психиатрической больнице оказался биолог и публицист Жорес Медведев, написавший несколько статей о нарушениях прав человека в СССР. Психиатры заключили, что Медведев «проявляет повышенную нервозность и поэтому нуждается в наблюдении в условиях больницы». В защиту биолога выступали многие советские ученые, писатели и другие представители интеллигенции (в числе которых Капица, Сахаров, Тамм, Твардовский и Тендряков). Через месяц Медведева освободили.

Жорес Медведев

Превентивная госпитализация

Как и сегодня, в СССР практиковались превентивные задержания, точнее, превентивная госпитализация в психушку. Если сейчас оппозиционеров задерживают у дома за несколько часов перед массовыми акциями протеста, то в советское время диссидентов и всех ненадежных закрывали в психушках за две недели до больших советских праздников — 7 ноября и 1 мая. Превентивные помещения в «дурку» проводились и перед партийными съездами, визитами зарубежных государственных деятелей и, конечно, накануне Олимпиады 1980 года. Представьте, что вы со всеми своими современными гаджетами оказались в СССР и в «ТикТоке» сделали анонс акции в защиту гласности, намеченную аккурат на 7 ноября. Вместо 12 суток в ИВС (как сегодня) вас поместят в «дурку» как человека «с непредсказуемым поведением».

Вместо прогнозов

— В наши дни такая опция, как «психушки для несогласных», компенсируется массовой отправкой несогласных просто на зоны. Но психушки тоже понемногу возвращаются: например, «дело сибирского шамана» Габышева, — замечает лауреат премии Московской Хельсинкской группы Александр Даниэль, исследователь истории инакомыслия в СССР, сын диссидента Юлия Даниэля.

— Мне вообще кажется, что сегодняшние расправы над несогласными проводятся более цинично, откровенно, нагло. И, пожалуй, более жестоко.

Генри Резник:

Ощущение, что у власти тоска по антисоветской 70 статье УК РСФСР. Словно заменили слово «антисоветский» на «антироссийский». Отсюда всевозможные новые статьи в Кодексе об административных правонарушениях об оскорблении государственной власти в интернете, об оскорблениях чиновников. У людей ведь сейчас главная отдушина — это интернет. Государство терпимо относиться к этому не может, на эту отдушину обижается и всеми способами защищает свой престиж, принимая нормы, чтобы любое критическое отношение граждан в интернете осадить. Ну и, конечно, весьма широкой и растянутой сделали статью об экстремизме. Это весьма широкая оценочная категория, носящая безразмерный характер. Признать экстремистской теперь можно любую организацию. Последний пример — ФБК* того же Навального. В законодательстве вообще появилось много оценочных статей, которые не удовлетворяют принципу правовой неопределенности и несут повышенный риск слишком широкого толкования.

Источник: Новая газета, 21.04.2021

Поддержать МХГ

На протяжении десятилетий члены, сотрудники и волонтеры МХГ продолжают каждодневную работу по защите прав человека, формированию и сохранению правовой культуры в нашей стране. Мы убеждены, что Россия будет демократическим государством, где соблюдаются законы, где человек, его права и достоинство являются высшей ценностью.

45-летняя история МХГ доказывает, что даже небольшая группа людей, убежденно и последовательно отстаивающих идеалы свободы и прав человека, в состоянии изменить окружающую действительность.

Коридор свободы с каждым годом сужается, государство стремится сократить возможности независимых НКО, а в особенности – правозащитных. Ваша поддержка поможет нам и дальше оставаться на страже прав. Сделайте свой вклад в независимость правозащитного движения в России, поддержите МХГ.

Банковская карта
Яндекс.Деньги
Перевод на счет
Как вы хотите помочь:
Ежемесячно
Единоразово
300
500
1000
Введите число или выберите предложенную слева сумму.
Нужно для информировании о статусе перевода.
Не до конца заполнен телефон
Оставьте своё имя и фамилию, чтобы мы могли обращаться к Вам по имени.

Я принимаю договор-оферту

Леонид Никитинский

Борис Вишневский

МХГ в социальных сетях

  •  
Петиция в поддержку Мемориала
Потребуйте освободить Александра Габышева из психиатрической клиники! Напишите ему письмо солидарности!
Требуем обеспечить медицинскую помощь заключенным при абстинентном синдроме ("ломках")
Мы требуем отмены законов об "иноагентах"
Требуем освобождения Софии Сапега
В защиту беларусов в России
Требуем прекратить давление на музыкантов! Noize, Вася Обломов, Ногу свело, Кортнев и др.

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2021, 16+.