Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Финансовое удушение: как в России подавляют НКО штрафами



Многотысячные и даже миллионные штрафы для "Трансперенси", The New Times и ряда НКО могут привести к их закрытию. "Deutsche Welle" о том, как в РФ начали душить неугодные организации штрафами.

В октябре 2018 года российские суды продолжили назначать поражающие своими размерами штрафы в качестве административного наказания для граждан и некоммерческих организаций. В Санкт-Петербурге суд взыскал с "Трансперенси Интернешнл - Р" 1 миллион рублей. В Москве суд оштрафовал фонд имени Андрея Рылькова (ФАР) на 800 тысяч рублей. На 22 млн 250 тыс рублей оштрафовали журнал The New Times. "Это самый большой штраф за всю историю российских СМИ", - написала его главный редактор Евгения Альбац в комментарии на сайте издания.

Помимо этого, в Екатеринбурге член Общественной наблюдательной комиссии по Свердловской области Сергей Зыков оштрафован на 300 тыс рублей за участие в митинге протеста против пенсионной реформы 9 сентября. В Москве за нарушение порядка организации аналогичного митинга на 250 тыс. рублей оштрафован юрист Фонда по борьбе с коррупцией (ФБК) Иван Жданов. Наконец, 30 октября было объявлено, что в Саратове закроется НКО, помогавшая больным диабетом - штраф 300 тыс за нарушение порядка деятельности "иностранного агента" был наложен на нее еще в мае.

После протестов административные штрафы стали выше уголовных

"Подобная практика правоприменения кажется неадекватной - нередко эти административные штрафы выше, чем по уголовным делам", - отмечает в беседе с DW независимый политолог Всеволод Чернозуб. По его мнению, такие меры выходят за правовые рамки, поскольку применялись и применяются в политических целях.

"Финансовое удушение с помощью огромных штрафов - это часть стратегии государства по подавлению независимой гражданской активности и уничтожению независимых НКО и СМИ", - считает и российский правозащитник, президент Центра развития демократии и прав человека Юрий Джибладзе.

Ужесточение административных санкций - после чего они стали в некоторых случаях строже, чем уголовные - произошло в РФ после волны массовых протестов 2011-2013 годов, связанных сначала с парламентскими, а затем и с президентскими выборами. Как уточнил в разговоре с DW юрист программы "Новая наркополитика", лауреат премии Московской Хельсинкской Группы Арсений Левинсон, именно тогда "в Кодексе об административных правонарушениях (КоАП) появились большие штрафы для граждан, а также новый вид наказания, который раньше был только в Уголовном кодексе - обязательные работы".

Начиная с 2012 года, в КоАП введен большой список исключений из общего правила о том, что граждане не могут быть оштрафованы больше чем на 5 тыс рублей. Теперь штрафы до 300 тыс рублей могут назначаться за пропаганду "нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних" и за нарушение порядка организации и проведения митингов. "После 2013 года принялись бороться со свободой в интернете, сумму штрафа за некоторые правонарушения в этой сфере для граждан расширили до 500 тыс рублей. Также был увеличен срок административного ареста с 15 до 30 суток - сначала за нарушения правового режима контртеррористической операции, потом за правонарушения, связанные с наркотиками, затем дошло и до публичных мероприятий", - напоминает Левинсон.

Штрафы приводят к закрытию организаций

Но прошло достаточно долгое время, прежде чем повышенные штрафы стали применять. "Давление началось с включения почти 170 НКО в списки "иностранных агентов" для того, чтобы маргинализовать их и создать враждебное отношение в обществе. Потом появились законодательные запреты на участие НКО-"иноагентов" в наблюдении на выборах", - рассказывает Джибладзе. - Организации, которые отказывались добровольно заявлять о себе как об "иноагентах", начали массово штрафовать. Огромные штрафы - до 500 тыс рублей на организацию и до 300 тыс на руководителя - стали назначаться также за неуказание в печати и онлайн-изданиях на статус "иноагента" и за ссылки на сайты или названия "нежелательных организаций".

Самый недавний пример - наложение штрафа в 150 тыс рублей на правозащитную организацию "Человек и закон" в Йошкар-Оле за то, что на ее Facebook-странице отсутствует маркировка "иноагента". Начиная с 2013 года, общая сумма штрафов, наложенных на российские НКО за эти три нарушения, составила более 30 млн руб. в рамках почти 200 административных дел, указывает Джибладзе.

Одной из первых оштрафована была ассоциация "Голос", занимавшаяся мониторингом выборов - "им задним числом выкатили налоговые претензии, как к региональным лидерам, так и к лидерам организации на федеральном уровне", напоминает Чернозуб. По совпадению, в те же октябрьские дни, когда прошли новости о штрафах для ФАР и The New Times, стало известно, что Людмила Кузьмина, в прошлом - глава фонда "Голос-Поволжье" в Самаре, продала свою квартиру, чтобы выплатить штраф более 2 млн. Как уточняет Чернозуб, "судебная тяжба тянулась много лет, штраф у нее высчитывали из пенсии в 13 тыс рублей, она фактически не могла жить на ее остатки". Невозможность уплаты штрафов - причина закрытия многих НКО в регионах, подчеркивает Джибладзе.

Криминализация гражданского протеста

"Штраф по отношению к "иноагентам" имел целью не наказать, а ликвидировать. Это был способ воздействия как раз с тем результатом, которого и ожидало государство, и стало ясно - тот же способ применят к физическим лицам", - делится своим мнением в беседе с DW адвокат Ирина Хрунова, правовой аналитик Международной правозащитной группы "Агора".

А Всеволод Чернозуб предлагает "посмотреть мониторинги политических преследований фонда Бориса Немцова или "ОВД-Инфо", там видно, что массово это проявилось в 2017 году, когда стартовала новая президентская кампания и начались акции Навального с участием молодежи во множестве городов".

С тех пор штрафы за участие в акциях протеста активно назначаются во всех регионах. "Это такая тактика - пустить по миру", - подчеркивает Чернозуб. "Десятки и сотни людей получили в последние недели наказания в виде огромных штрафов по 200-300 тысяч за нарушения в ходе протестных акций", - подтверждает Джибладзе. По его мнению, "пропаганда перестает приносить плоды, "пост-крымский консенсус" оказался неустойчив, уровень общественного одобрения властей падает, поэтому уровень репрессий нарастает". "Под прикрытием КоАП фактически было криминализировано участие в несогласованных публичных мероприятиях", - дополняет их слова Левинсон.

"У каждой организации свой предел выживаемости"

Выстроить эффективную стратегию защиты против штрафования нелегко. В 2014 году "Агора" пыталась оспорить возникшую практику в Конституционном суде РФ, ссылаясь на нарушение основ теории права: наказание по административным делам не может превышать уголовное. "Но КС сделал такой ход: сказал, что никто не мешает (судам. - DW.) назначать штраф ниже низшего предела, а это уже такое минимальное наказание, которое может адекватно соответствовать административным делам", - вспоминает Хрунова. По ее мнению, универсального совета по защите не существует. Некоторые НКО готовы, проиграв все суды в РФ, идти в Европейский суд по правам человека, другие не могут себе этого позволить, "потому что за ними стоят пациенты или больные дети, и у каждой организации свой предел выживаемости".

"Краудфандинг может быть эффективной стратегией - есть успешный опыт сбора пожертвований на оплату штрафов среди активистов", - полагает Левинсон. С ним, в принципе, согласен и Юрий Джибладзе, приводящий в пример кампанию по сбору пожертвований на штраф для "Трансперенси": удалось собрать уже 840 тыс. Однако он отмечает: менее известным, в особенности региональным НКО или активистам собрать пожертвования часто не удается. Поэтому "сейчас российские активисты обсуждают идею создания постоянно действующего фонда солидарности, который мог бы финансировать работу адвокатов и оплачивать штрафы".

Еще на одну проблему указывает Чернозуб: штрафы реже "освещают в новостях, в международных СМИ, потому что это вещь, вроде бы, не очень страшная и не очень интересующая журналистов. В результате это становится таким сугубо локальным феноменом, а тем временем люди вынуждены продавать квартиры, как Кузьмина, или жить впроголодь". Как считает политолог Александр Морозов, цель властей - гигантскими штрафами добиться, чтобы "через 3-5 лет в России остались только те гражданские организации, которые патронируются Кремлем, либо через президентские гранты, либо под "зонтом" Комитета гражданских инициатив Алексея Кудрина". "Всех остальных будут давить, создавая невыносимые условия работы", - подытоживает он.

Автор: Александр Дельфинов

Источник: Deutsche Welle, 2.11.2018


Виктор Шендерович

Валерий Борщев

Виктор Шендерович

МХГ в социальных сетях

  •  
Выпустите 75-летнего ученого Виктора Кудрявцева из изолятора!
Прекратить дело "Нового величия"!
Остановим пытки в российских тюрьмах! #БезПыток
Отпустите их к мамам. Аня Павликова и Маша Дубовик не должны сидеть в СИЗО
Помогите спасти Олега Сенцова и других политзаключенных! Help to save Oleg Sentsov!
Освободим правозащитника Оюба Титиева #SaveOyub #SaveMemorial
О создании Комитета действий, посвященных памяти Бориса Немцова

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2018, 16+. Текущая версия сайта поддерживается благодаря проекту, при реализации которого используются средства гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.