Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Госдума одобрила введение новой меры пресечения свободы для подследственных и подсудимых

Фото: Валерий Шарифулин / ТАСС

Депутаты Госдумы приняли 5 апреля в третьем и окончательном чтении закон, вводящий новую меру пресечения для подследственных и подсудимых — «запрет определенных действий», сообщает РБК.

Закон вносит поправки в Уголовно-процессуальный кодекс России. После его вступления в силу судья, который сочтет взятие под стражу или заключение под домашний арест чрезмерно суровой мерой пресечения, сможет запретить подозреваемому совершать те или иные действия — например, звонить по телефону, пользоваться интернетом, управлять автомобилем, общаться с теми или иными лицами или бывать в определенных местах. По решению судьи запрет может касаться как какой-то одной сферы, так и сразу нескольких.

При выборе новой меры пресечения судья должен будет указать, что именно запрещается подозреваемому: в какое время тот не должен выходить из дома, с кем именно он не должен общаться и на какое расстояние (к тому или иному человеку или месту) не может даже подходить.

Срок действия введенных запретов устанавливается судом, но при расследовании преступлений небольшой и средней тяжести не может превышать 12 месяцев. Когда речь идет об особо тяжких преступлениях, запреты могут вводиться на срок до трех лет.

Исполнение запретов обеспечивается применением «аудиовизуальных, электронных и иных технических средств контроля», в случае их нарушения суд может изменить меру пресечения на более жесткую, отправив нарушителя под домашний арест или в СИЗО.

В пояснительной записке к документу отмечается, что внесение поправок в УПК обеспечит «положительный экономический эффект», так как позволит сократить расходы государства на содержание подозреваемых и обвиняемых под стражей и выплаты в счет возмещения вреда, «связанного с нарушением прав личности при заключении под стражу».

По словам автора законопроекта, депутата Ильи Костунова, подобные ограничения обеспечат соблюдение прав человека и повысят эффективность уголовного преследования.

«Цель законопроекта — гуманизация нашего правосудия на этапе предварительного следствия, потому что когда человек является подозреваемым, нельзя допускать чрезмерных для него ограничений и лишений, ведь его вина не доказана, и иногда бывают и ошибки. К сожалению, сегодняшняя практика сводится к тому, что гораздо проще отправить человека в следственный изолятор, лишить его свободы, чем использовать такие альтернативные меры, как домашний арест или меры пресечения, не связанные с ограничением свободы, — пояснил Илья Костунов в интервью газете «Коммерсантъ». — Законопроект вводит дополнительные способы обеспечить возможность для следствия установить все факты, подготовить дело для передачи в суд, минимальным образом ограничивая гражданские права подозреваемого».

Новые меры пресечения действительно будут способствовать гуманизации уголовного законодательства, считает лидер движения «За права человека», член Московской Хельсинкской Группы, зампредседателя правления фонда «В защиту прав заключенных» Лев Пономарев. Однако, по словам правозащитника, есть опасность, что судьи не воспользуются нововведением: «Будет ли при этом уменьшаться количество взятий под стражу? Я в это не верю. Если при этом судьям дадут соответствующие рекомендации, и они возьмут новые меры на вооружение, а следователи не будут требовать взятия под стражу, то я готов это приветствовать. Это не первый раз происходит. В чем проблема нашего депутатского корпуса? Даже если парламентарии принимают какие-то законы, которые действительно направлены на гуманизацию, то они дальше не следят, как они выполняются. Пусть депутаты поработают немножко, проверят, как в жизни это происходит, проследят за этим. Конечно, такие меры надо внедрять в то репрессивное судебное сообщество, которое есть в России».

По данным ФСИН, в 2017 году в следственных изоляторах и тюрьмах содержались 104,5 тыс. человек, под домашним арестом находились 6,7 тыс. По статистике Судебного департамента Верховного суда, российские суды в 2017 году рассмотрели 126,1 тыс. ходатайств о заключении под стражу и удовлетворили 113 тыс. из них; еще 202 тыс. раз срок нахождения под стражей был продлен (всего следственные органы подали 207 тыс. таких ходатайств). Суды вынесли решения о заключении под домашний арест 6,3 тыс. человек; еще 23 тыс. раз суды продлевали эту меру пресечения. Залог был применен всего в 289 случаях.

МХГ в социальных сетях

  •  
О создании Комитета действий, посвященных памяти Бориса Немцова
Требуем немедленной отставки директора ФСБ России А.В. Бортникова
Конгресс интеллигенции требует прекратить травлю инакомыслящих на телевидении и закрыть пропагандистские телепередачи
Остановите выдворение журналиста Али Феруза, спасите его от тюрьмы и пыток
В поддержку Алексея Малобродского и "Гоголь-центра"
Остановить политический террор в России! Открытое обращение в СПЧ
В поддержку академика РАН Юрия Пивоварова

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2018, 16+. Текущая версия сайта поддерживается благодаря проекту, при реализации которого используются средства гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.