Поддержать деятельность МХГ                                                           
Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Людмила Алексеева в эфире Finam.FM обсуждает новый закон об НКО

Радио Finam.FM, передача «Итоги дня с Ильей Колосовым», 21.11.2012

КОЛОСОВ: Москва, 21 ноября. Вступает в силу федеральный закон от 20 июля 2012 года №121 ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты России в части урегулирования деятельности некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента». Напомним, что документ наделяет статусом «иностранных агентов» некоторые российские некоммерческие общественные организации (НКО), которые занимаются политической деятельностью и финансируются из-за рубежа.

Согласно закону, политическим НКО, за исключением партий, будет признаваться объединение, которое финансирует и проводит политические акции в целях воздействия на принятие государственными органами решений, направленных на изменение проводимой ими государственной политики, а также формирование общественного мнения в указанных целях.

О бойкоте закона сегодня заявили все ведущие некоммерческие организации (собственно, в этом главная новость дня). В их числе: Московская Хельсинкская группа, «Мемориал», «Голос», «Гражданское содействие» и «За права человека».

«Пусть реагируют, пусть меня посадят в тюрьму. Я там быстренько умру, я человек очень старый – интересно, как это будет выглядеть. Поглядим», – сказала «Интерфаксу» глава Московской Хельсинкской группы 85-летняя Людмила Алексеева. Правозащитники заявили, что вынуждены получать иностранные гранты, поскольку в России государство и бизнес деньги независимому гражданскому сектору практически не дают.

Поговорим об этом с заместителем председателя комиссии Общественной палаты России по развитию гражданского общества Ириной Плещевой. Добрый вечер, Ирина.

ПЛЕЩЕВА: Добрый вечер.

КОЛОСОВ: С одной стороны, закон есть закон, его надо исполнять. С другой – борьба за права человека и представление о справедливости. Я не могу, например, заподозрить ту же самую Людмилу Алексееву в том, что она незаконопослушный человек. Было бы интересно узнать вашу точку зрения на ситуацию, когда эти два исходных есть в ее представлении.

ПЛЕЩЕВА: Во-первых, Людмила Алексеева еще на этапе обсуждения закона говорила о том, что она с ним не согласна, и он ее совершенно не устраивает. Хотя, честно говоря, я не понимаю аргументацию: они уже признали, что они получают деньги из-за рубежа. Ну хорошо, эта практика существует во всех странах (во всех демократических странах), что вся политическая деятельность имеет определенное... Скажем так: любая политическая деятельность отслеживается государством на территории ее страны. Есть некоммерческие организации, которые не занимаются политической деятельностью и их это не касается.

Так как Людмила Алексеева и, соответственно, ее организации – «Мемориал» и Хельсинкская группа – часто участвуют во всевозможных политических акциях и получают деньги из-за рубежа, все об этом знают, то я не понимаю, почему не встать в этот реестр? Мне кажется, со стороны Алексеевой это выглядит как провокация и шантаж, потому что: «Я человек пожилой, вот давайте поборитесь со мной». Это выглядит, мягко говоря, очень странно.

КОЛОСОВ: Нет, смотрите, она аргументирует: «Я не знаю ни одной правозащитной организации, которая зарегистрировалась бы как иностранный агент. Мы не являемся иностранными агентами, мы не можем так себя назвать. Этого требует закон, но мы не можем давать ложные сведения».

ПЛЕЩЕВА: Но простите, пожалуйста, тогда как объяснит Людмила Алексеева (кстати, было бы очень интересно услышать), что вот недавно была вскрыта переписка разных фондов (и в том числе американских), где как раз Хиллари Клинтон говорит о том, что: «Как бы нам обойти новый закон НКО в России? Мы должны обязательно это придумать».

Я не понимаю, почему правозащитники таким образом капризничают, потому что всем давно известно, чем они занимаются. И я боюсь…

В конце концов, если они обнародовали, что им поступили деньги – у них же, я надеюсь, во всяком случае, не написано, что целью этого гранта является развал Российской Федерации. Они, наверное, получают их на благие цели. И если они участвуют в политических акциях, то ради бога, пусть вся страна просто знает, на чьи деньги они работают.

Мне кажется, что это каприз и шантаж, и придирки к формулировкам. Во всех странах демократических примерно так они и называются.

КОЛОСОВ: Ирина, мы у Людмилы Михайловны обязательно спросим, почему она капризничает, буквально через две-три минуты, когда мы с ней соединимся. А у меня к вам…

ПЛЕЩЕВА: И последнее… Да, хорошо. Я просто хотела сказать новый вопрос…

КОЛОСОВ: Еще вопрос относительно… Ведь многих не устраивает просто вот это слово «агент». Потому что в нашей истории нашей страны вот эта иностранная агентура, якобы действующая в нашей стране, имеет совершенно другой оттенок. Это не как в Соединенных Штатах, например, агент, это совсем другое. Тут же вспоминается гэбистская такая ситуация, когда 1937 год, после войны. Почему не придумать какое-нибудь нормальное слово, другое, которое в нашем русском языке современном имеет иной оттенок?

ПЛЕЩЕВА: На этапе обсуждения закона проводились всевозможные обсуждения и исследования, предлагалось очень много разных вариантов, использовались все известные словари в Российской Федерации. И, к сожалению, никто (даже из тех, кто противостоял этому названию) не предложил название, которое соизмеримо с его семантикой, со значением данного определения.

И к сожалению, это, наверное, больше такой психологически-исторический стереотип. Потому что у нового поколения (проводились исследования молодежными организациями) иностранные агенты больше ассоциируются почему-то с Джеймсом Бондом.

КОЛОСОВ: Это шпион, вот и все. Все правильно. Я ровно об этом и говорю.

ПЛЕЩЕВА: Но для них он герой, который работает для своей страны. Тогда вопрос: на какую страну работают организации, которые получают гранты от этой страны?

КОЛОСОВ: Это еще один вопрос, который я адресую Людмиле Михайловне Алексеевой. Благодарю вас. Ирина Плещева, заместитель председателя комиссии Общественной палаты России. Мы только что обсуждали вступивший в силу федеральный закон «Об НКО». Ну а теперь председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева в эфире «Финама». Людмила Михайловна, здравствуйте.

АЛЕКСЕЕВА: Добрый день. Добрый вечер.

КОЛОСОВ: Я прежде всего хочу вас поблагодарить за вашу гражданскую позицию и за то, как сегодня вы выступаете по поводу вступившего в силу закона «Об НКО». А теперь я вынужден вам адресовать вопрос моей предыдущей собеседницы из Общественной палаты, которая утверждает, что вы капризничаете по поводу этого термина.

АЛЕКСЕЕВА: Ну, капризничаю – по отношению ко мне странное слово. Я не такая избалованная дамочка, чтобы капризничать. Понимаете, если агент ассоциируется с Джеймсом Бондом, то иностранный агент все-таки ассоциируется со шпионом и предателем. И дело даже не в ассоциациях большинства, а дело в том, что слова «иностранный агент» именно это и означают. Это человек, который работает в пользу другого государства.

Поскольку я себя таковым не ощущаю, и члены Московской Хельсинкской группы себя таковыми не ощущают, то наша группа не будет регистрироваться как иностранный агент. И самое главное, что, честно говоря, я не знаю ни одной правозащитной организации, которая бы зарегистрировалась, как иностранный агент, потому что никто из нас таковыми себя не ощущает.

КОЛОСОВ: Людмила Михайловна, скажите, пожалуйста, а может быть, все-таки стоило бы афишировать то, что правозащитные организации не получают деньги от ныне существующей государственной системы, которая во многом себя скомпрометировала? Как раз надо указать на то, что: «Мы к этой системе, от которой, собственно, мы и защищаем ваши права, не имеем никакого отношения».

АЛЕКСЕЕВА: Простите, я что-то не поняла. Кто нам не дает деньги?

КОЛОСОВ: Нынешнее государство. Вы говорите: «Мы к нынешней государственной системе отношения не имеем».

АЛЕКСЕЕВА: Как раз, простите, вот президент, заявив, что ставятся такие препоны на пути получения общественными организациями зарубежных денег, увеличил президентский фонд. И мы подали в этот фонд проект…

КОЛОСОВ: На финансирование, да?

АЛЕКСЕЕВА: Да, по мониторингу. Это наша специальность, Московской Хельсинкской группы, мониторинг ситуации с правами человека. Мы подали проект по мониторингу вот этих последних безобразных законов: о митингах, об НКО, об Интернете, о клевете и так далее. И получили 4 миллиона рублей. Что, с моей точки зрения, тоже доказывает, что какие же мы иностранные агенты, если нам президентский фонд выдает солидную сумму на мониторинг этих законов.

КОЛОСОВ: Людмила Михайловна, сейчас вас назовут кремлевскими агентами. Вы этого не боитесь?

АЛЕКСЕЕВА: Да на здоровье. Понимаете, мы уже привыкли: мы и агенты ЦРУ, мы и агенты КГБ, кого хотите.

КОЛОСОВ: Теперь Кремля.

АЛЕКСЕЕВА: Да. Обзывают пускай как хотят. Законы плохи. Потому что обзывают, это дело такое. Кто хоть что-нибудь делает, он имеет не только благодарность, но и антипатию, выражающуюся иной раз не очень корректно.

КОЛОСОВ: Спасибо вам большое. Людмила Михайловна Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы, была в эфире «Финам FM». Мы обсуждали вступивший в силу Федеральный закон «О внесении изменений в отдельные законодательные акты России в части регулирования деятельности некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента». Многие правозащитные организации отказались называть себя иностранными агентами сегодня.

Поддержать МХГ

На протяжении десятилетий члены, сотрудники и волонтеры МХГ продолжают каждодневную работу по защите прав человека, формированию и сохранению правовой культуры в нашей стране. Мы убеждены, что Россия будет демократическим государством, где соблюдаются законы, где человек, его права и достоинство являются высшей ценностью.

45-летняя история МХГ доказывает, что даже небольшая группа людей, убежденно и последовательно отстаивающих идеалы свободы и прав человека, в состоянии изменить окружающую действительность.

Коридор свободы с каждым годом сужается, государство стремится сократить возможности независимых НКО, а в особенности – правозащитных. Ваша поддержка поможет нам и дальше оставаться на страже прав. Сделайте свой вклад в независимость правозащитного движения в России, поддержите МХГ.

Банковская карта
Яндекс.Деньги
Перевод на счет
Как вы хотите помочь:
Ежемесячно
Единоразово
300
500
1000
Введите число или выберите предложенную слева сумму.
Нужно для информировании о статусе перевода.
Не до конца заполнен телефон
Оставьте своё имя и фамилию, чтобы мы могли обращаться к Вам по имени.

Я принимаю договор-оферту

Леонид Никитинский

МХГ в социальных сетях

  •  
Петиция в поддержку Мемориала
Потребуйте освободить Александра Габышева из психиатрической клиники! Напишите ему письмо солидарности!
Требуем обеспечить медицинскую помощь заключенным при абстинентном синдроме ("ломках")
Мы требуем отмены законов об "иноагентах"
Требуем освобождения Софии Сапега
В защиту беларусов в России
Требуем прекратить давление на музыкантов! Noize, Вася Обломов, Ногу свело, Кортнев и др.

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2021, 16+.