Поддержать деятельность МХГ                                                           
Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Правозащитники: в Беларуси прошли очередные "ритуальные выборы", несмотря на изменения в Избирательном кодексе

23 марта в Беларуси состоялись выборы депутатов местных Советов депутатов. Сегодня наблюдатели проводят пресс-конференции, на которых сообщают общественности, как проходил процесс голосования, и делятся интересными примерами.

Например, на избирательном участке № 43 в Барановичах члены комиссии, собиравшие голоса по месту жительства избирателей, показали удивительную скорость работы. За 3,5 часа комиссия умудрилась организовать голосование 424 человек с одной урной. По подсчетам правозащитников, это означает, что на одного избирателя ушло 40 секунд. По подсчетам TUT.BY, и того меньше - 30. "Это невозможно, даже если бы они все стояли в очереди и держали наготове ручку. А тут – нужно было ходить, входить в дом, объяснять, зачем пришли", - говорят правозащитники. 

О примерах очевидного и менее очевидного нарушения избирательного законодательства сообщается в отчете правозащитного центра "Весна" и Белорусского Хельсинкского комитета.

От этих организаций было задействовано 30 долговременных наблюдателей, которые осуществляли наблюдение за всеми этапами кампании с момента начала выборов, и 220 кратковременных наблюдателей, которые осуществляли наблюдение на 180 участках по всей Беларуси. В своем отчете правозащитники использовали и информацию, предоставленную наблюдателями другого проекта "Наблюдение за выборами: теория и практика".

Координатор наблюдательной кампании от правозащитного центра "Весна" Валентин Стефанович напоминает, что только что прошедшие выборы стали первыми после изменений в избирательное законодательство, вступивших в силу в конце 2013 года.

- Сейчас мы можем оценить, каким образом эти изменения повлияли на проведение избирательного процесса. Могу сказать, что, к сожалению, они не сделали избирательный процесс более прозрачным и демократическим. А в некоторых случаях, как нам кажется, ситуация даже ухудшилась.

Валентин Стефанович рассказывает, что уже на этапе формирования избирательных комиссий (и окружных, и территориальных, и участковых) наблюдалась та же тенденция, что и в прошлые годы. Так, выдвиженцы от оппозиции проходили в состав избирательных комиссий намного сложнее, чем выдвиженцы от представителей провластных политических партий или общественных объединений. К тому же, сама процедура формирования комиссий осталась в большинстве своем закрытой для наблюдений. Реального обсуждения кандидатур в избирательные комиссии не было, кандидатуры принимались общим списком.

- В связи с тем, что критерии отбора в комиссии отсутствуют, это позволяет органам, которые формируют комиссии, принимать абсолютно произвольно те или иные решения в отношении к тем или иным кандидатурам… А ведь большую роль играет, кто выдвигал тех или иных претендентов в комиссии. Но так как критерии отсутствуют, оспаривать такие решения в судах просто бессмысленно.

По словам Стефановича, оставалась тотально закрытой и процедура проверки подписей за кандидатов в депутаты. Наблюдатели от указанных компаний в 100% не смогли присутствовать при проверке подписей избиркомами.

- А это очень принципиальный момент, поскольку Избирательный кодекс очень точно прописывает процедуру, каким образом должна происходить проверка подписей.

- На этих выборах был очень большой процент безальтернативных округов. 88% избирательных округов – выборы прошли безальтернативно, на двух избирательных округах вовсе не осталось кандидатов по разным причинам, и нужно будет проводить там повторные выборы. 

Всего по стране повторные выборы проведут по семи округам.

Любопытно, что в то время как в сельских советах отказов в регистрации фактически не было, в Минске процент отказов составил около 20%. Наблюдатели удивляются: по такой логике кандидаты в сельских советах были значительно более подготовленными, чем кандидаты, которые в Минске принимают участие в выборах далеко не в первый раз.

Отмечается, что изменения в избирательное законодательство коснулись больше всего вопросов агитации. Удалось "протестировать" и эти изменения. Так, правозащитники пришли к выводу, что избирательный фонд на одного кандидата в 30 базовых величин абсолютно недостаточен для проведения полноценной агитационной кампании.

По словам наблюдателей, страдают от этого не только кандидаты, но и избиратели: информация о избираемых была минимальной, содержала в лучшем случае автобиографические сведения. О том, чтобы показать избирателям, с какой программой выступает кандидат, чаще всего не шло и речи.

- Оппозиционные кандидаты очевидно политизировали аполитичный характер выборов. Они агитировали то за Народный референдум, то напоминали о политзаключенных, то говорили про мир, например, про ситуацию в Украине, и это очевидно нервировало избирательные комиссии. Ермошина говорила, что кандидаты от оппозиции агитируют неизвестно за что, вместо того чтобы агитировать за себя как кандидата. Хотя для агитации они имеют исчерпывающий список того, что запрещено… В остальном я как кандидат сам определяю, за что мне агитировать. Могу хоть за таяние льдов агитировать, - отмечает Стефанович.

Напомнили правозащитники и про аресты участников пикета ОГП, и про задержания кандидатов и представителей БХД и ответственного за наблюдение от кампании "Право на выбор" в день выборов.

Координатор кампании от Белорусского Хельсинкского комитета Олег Гулак также делится результатами наблюдений.

- Если мы говорим про досрочное голосование, то мы должны напомнить о том, что, как и раньше, была цель насобирать как можно больше избирателей на досрочное голосование. Если информации про кандидатов почти не было, то призывов проголосовать досрочно было множество. Начиная от организации студентов и заканчивая использованием того, что люди находятся на работе… Но важно отметить, что эта система настолько стала привычной, настолько люди не понимают, что на самом деле это принуждение, что люди традиционно идут, не зная зачем, не зная куда, но выполняют эти мягкие принуждения.

С первого дня досрочного голосования и до пятницы шел постоянный рост разницы между данными наблюдателей и данными официальных комиссий.

- Если в первый день 18 марта эта разница составила 4,8%, то потом были 8,1%, 21% и в пятницу, 21 марта, – 24% разницы между тем, что фиксировали наши наблюдатели и официальные комиссии. В субботу эта цифра немного уменьшилась – 24,6%. В среднем - 20,1% разница между данными наблюдателей и данными комиссий.

Правозащитники оговорились, что эти цифры нельзя назвать абсолютно репрезентативными, чтобы их экстраполировать на всю страну, потому что это местные выборы, разные округа, разные кандидаты, очень разные ситуации. Но в любом случае, такие большие отличия даже на определенной части округа не могут не вызывать большого беспокойства. 

- Были факты вброса бюллетеней и просто приписок, но ни в одном случае наблюдателям не удалось, используя правовые процедуры, хотя бы дать ход этим случаям, добиться надлежащего разбирательства по этим ситуациям. Например, наблюдатель в Витебске Павел Левинов сфотографировал в прозрачной урне вброшенные бюллетени, фактически схватил за руку тех людей, которые это делали. Но на этот момент все жалобы в прокуратуру остались без ответа, выборы прошли, и все это подсчитано. Сейчас, кроме фотоснимков, доказательств никаких не осталось, хотя на тот момент все можно было зафиксировать, посчитать и дать надлежащий ход. Но правовая система, видимо, этого не захотела.

Были очевидные манипуляции во время голосования по месту нахождения избирателей. Правозащитники припоминают курьезные истории, когда избирательные комиссии "выходили в поле" с одними списками, а возвращались со списками, которые были в 2-3 раза больше.

- Таким образом, просто очевидно вылавливали людей на улице или просто вбрасывали бюллетени дополнительные. По фактам, которые у нас есть, можем сказать, что было и то, и другое. Например, по месту нахождения избирателей в Барановичах на избирательном участке № 43 за 3,5 часа комиссия организовала голосование 424 человек с одной урной. Это примерно 40 секунд на одного избирателя. Это невозможно, даже если бы они все стояли в очереди и держали в руках ручку. А здесь нужно ходить, входить в дом, объяснять, зачем пришли. А объяснять было сложно, потому что люди просто не понимали, за что они голосуют.

В день голосования на тех участках, где наблюдатели сидели все время и отслеживали явку, разница между данными наблюдателей и данными комиссии в последний, главный день голосования составила более чем 27%: на 27,6% данные по явке были больше у комиссий, чем у наблюдателей.

- Опять же, понятно, что мы не можем это экстраполировать на всю страну, но такие цифры просто шокируют.

На 98% избирательных участков, которые вошли в отчет кампании "Правозащитники за свободные выборы", наблюдатели не имели возможности полноценно следить за процедурами подсчета. На 93% участков они отметили, что расстояние до стола, за которым велся подсчет бюллетеней, не позволяло видеть их содержание. Хотя в методических рекомендациях Центризбиркома точно прописано, что нужно обеспечить место, где наблюдатели смогут видеть все досконально, отмечают правозащитники.

- Там, где и видели, они видели только то, что все члены комиссии считают стопки бюллетеней. Общая цифра по участку складывалась из того, что потом озвучивали главы комиссий. На 35% избирательных участков отмечено, что не оглашали результаты отдельного подсчета голосов, что также является нарушением процедуры, - говорит Олег Гулак.

Наблюдатели от кампании "Правозащитники за свободные выборы" не столкнулись с удалением с избирательных участков в день голосования, но наблюдатели от других кампаний заявляли об этом.

- Проанализировав все этапы, мы не можем не считать, что избирательный процесс прошел с серьезными нарушениями принципов свободных и демократических выборов, которые закреплены и в международных документах, прежде всего в стандартах ОБСЕ и в белорусском законодательстве, что очень важно.

В своей оценке прошедших выборов правозащитники процитировали высказывание Александра Лукашенко о том, что от того, признает Беларусь ситуацию в Крыму или нет, ничего не изменится.

- Вот и мы: от того, признаем мы или не признаем, ничего не изменится. Явка была высокая, все хорошо, буфеты работали, - достаточно эмоционально добавили напоследок правозащитники. - Даже когда проходит выпускной вечер, в школе выпивать нельзя, и даже 500 метров от школы нельзя, а вот на выборах почему-то все дяди и тети могут прийти и "бухать" там с утра до ночи. Интересные метаморфозы происходят!

По мнению Олега Гулака, у правозащитников два сильных впечатления. Первое – что общество отвыкло от выборов, которые "являются выборами на самом деле".

- Для общества это просто ритуал, который называется "избирательная кампания". Большинство людей просто не задумывается, для чего выборы реально нужны и при какой процедуре вообще от них есть смысл. Есть красивый ритуал, который, безусловно, позволяет говорить о легитимизации того, что делает власть. Люди с этим соглашаются: потому что забыли, потому что не знают, потому что боятся. Много составляющих, но имеем то, что имеем - ритуал.

Второе – это хорошо отработанная административная процедура со стороны избирательных комиссий, которая позволяет обеспечить необходимый, запланированный результат.

Поддержать МХГ

На протяжении десятилетий члены, сотрудники и волонтеры МХГ продолжают каждодневную работу по защите прав человека, формированию и сохранению правовой культуры в нашей стране. Мы убеждены, что Россия будет демократическим государством, где соблюдаются законы, где человек, его права и достоинство являются высшей ценностью.

45-летняя история МХГ доказывает, что даже небольшая группа людей, убежденно и последовательно отстаивающих идеалы свободы и прав человека, в состоянии изменить окружающую действительность.

Коридор свободы с каждым годом сужается, государство стремится сократить возможности независимых НКО, а в особенности – правозащитных. Ваша поддержка поможет нам и дальше оставаться на страже прав. Сделайте свой вклад в независимость правозащитного движения в России, поддержите МХГ.

Банковская карта
Яндекс.Деньги
Перевод на счет
Как вы хотите помочь:
Ежемесячно
Единоразово
300
500
1000
Введите число или выберите предложенную слева сумму.
Нужно для информировании о статусе перевода.
Не до конца заполнен телефон
Оставьте своё имя и фамилию, чтобы мы могли обращаться к Вам по имени.

Я принимаю договор-оферту

МХГ в социальных сетях

  •  
Мы требуем отмены законов об "иноагентах"
Требуем освобождения Софии Сапега
В защиту беларусов в России
Требуем прекратить давление на музыкантов! Noize, Вася Обломов, Ногу свело, Кортнев и др.
Предотвратить полномасштабную войну с Украиной!
Обратитесь к российским властям с призывом обеспечить безопасность Елены Милашиной и расследовать угрозы против неё
Против исключения правозащитницы Марины Литвинович из ОНК

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2021, 16+.