Поддержать деятельность МХГ                                                           
Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

ВС РФ признал законным указ президента о засекречивании военных потерь в мирное время

Верховный суд России 13 августа признал законным подписанный в конце мая президентом Владимиром Путиным указ о внесении изменений в перечень сведений, составляющих государственную тайну. В нем сказано, что к государственной тайне отнесены сведения о потерях личного состава Минобороны РФ в военное время, а также "в мирное время в период проведения специальных операций". Такое постановление суд принял в ответ на жалобу журналистов и правозащитников, посчитавших, что президент не имел права ограничивать доступ общества к информации о фактах гибели российских военнослужащих.

Среди обратившихся с жалобой в ВС РФ российский военкор Аркадий Бабченко, журналист "Дождя" Тимур Олевский, спецкор "Новой газеты" Павел Каныгин, блогер-расследователь Руслан Левиев. Также обжаловали указ в прошлом обвиненная в государственной измене жительница Смоленской области Светлана Давыдова, ранее осужденный за шпионаж военный журналист Григорий Пасько и депутат заксобрания Псковской области от партии "Яблоко" Лев Шлосберг, расследовавший дело о предполагаемой гибели псковских десантников в Донбассе. Их интересы представлял адвокат Иван Павлов, глава "Команды 29".

На судебном заседании Иван Павлов отметил, что в статье 5 федерального закона "О гостайне" нет указаний, что потери личного состава в мирное время относятся к секретной информации. Кроме того, статья 7 этого закона запрещает засекречивать данные о чрезвычайных происшествиях и катастрофах, угрожающих безопасности и здоровью граждан. Истцы также отмечали, что термина "специальные операции" в законодательстве нет. Суд отклонил ходатайство о назначении правовой экспертизы указа.

Представитель президента заявила, что все утверждения истцов голословны и не подтверждены доказательствами. По ее мнению, указ не противоречит действующему законодательству и соответствует Конституции. Изменение перечня сведений, которые относятся к государственной тайне, производится указом президента по представлению правительства. Представитель президента попросила приобщить к делу соответствующее обращение премьера Дмитрия Медведева к главе государства.

Получив отрицательный ответ ВС на свою жалобу, истцы обратиться в Конституционный суд, сообщил "Интерфаксу" Иван Павлов.

Указ  Путина о засекречивании военных потерь в мирное время приведет к еще большей закрытости армии, считает глава Московской Хельсинкской Группы, член Совета по правам человека при президенте РФ Людмила Алексеева. "Если человек погиб в мирное время по вине своего командира или во время операции по обезвреживанию запасов взрывчатых веществ на складах, что, общество не вправе требовать правды о том, что произошло? Мы имеем право знать, что там происходит", – заявила Алексеева "Интерфаксу".

С резкой критикой президентского указа выступил и Комитет по защите журналистов. В нем уверены, что президент пытается заставить замолчать журналистов, ведущих расследование потерь российской армии в ходе украинского конфликта. "Мы призываем президента Владимира Путина прекратить создавать "дымовые завесы" и позволить СМИ делать свою работу, состоящую в том, чтобы информировать людей в России, Украине и во всем мире о реальных событиях в регионе", – говорится в официальном обращении организации.

Ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей России Валентина Мельникова полагает, что понятие специальных операций вообще не должно применяться к армии. "Армия не может совершать секретных операций. Для этого нужны специальные подразделения", – заявила правозащитница в интервью "Deutsche Welle". Мельникова убеждена, что обычные солдаты к спецоперациям не могут иметь никакого отношения.

Что побудило журналистов и правозащитников оспорить указ президента? Об этом рассказал корреспондент "Новой газеты" Павел Каныгин – один из девяти граждан, подставивших свою подпись под обращением в Верховный суд. Он убежден, что решение Владимира Путина серьезно осложнит работу журналистов в зонах конфликтов.

В качестве примера Каныгин приводит свои публикации об Александре Александрове и Евгении Ерофееве, которые были захвачены украинскими спецслужбами на территории Луганской области. "Теперь неясно, имею ли я право писать о них", – говорит журналист. "Эти люди открыто заявляют, что являются бойцами ГРУ и участвовали в спецоперации вооруженных сил России на территории Украины. При этом они были ранены и захвачены в плен, то есть могут считаться потерями личного состава", – поясняет Каныгин. Он опасается, что публикации о подобных случаях теперь могут рассматриваться властями как разглашение государственной тайны.

В вопросе о потерях есть и моральный аспект, считает журналист. Людские потери в мирное время – неминуемая составляющая любых конфликтов, и общество имеет право о них знать. "Где кого похоронили, куда кого ранили – любая такая информация теперь будет скрыта, будет находиться под грифом секретности. Обычные граждане, журналисты и даже родственники военных не смогут узнать правду", – говорит Каныгин.

С ним полностью согласен и депутат законодательного собрания Псковской области Лев Шлосберг, который первым поднял тему секретных захоронений российских солдат, погибших на востоке Украины. Выступая в Верховном суде, он обратил внимание на общественную опасность указа президента, вспомнив трагедию, случившуюся 15 лет назад с подлодкой "Курск". "Сейчас все СМИ вынуждены были бы молчать об этом", – цитирует его слова РБК. Шлосберг также напомнил суду о гибели псковских десантников, по официальной версии якобы погибших на учениях рядом с российско-украинской границей: "На их похороны приходили сотни людей, в том числе дети, родственники, одноклассники. Получается, они стали носителями гостайны. Как этот указ будет применяться по отношению к ним?"

Член президентского Совета по правам человека, председатель постоянной комиссии СПЧ по военно-гражданским отношениям, руководитель правозащитной инициативы "Гражданин и Армия", член Московской Хельсинкской Группы Сергей Кривенко называет указ президента Путина правовым нонсенсом. Вооруженные силы – это не диверсионные подразделения и создаются открыто для обороны государства. "Они формируются из общества и должны быть ему подконтрольны", – заявил правозащитник. "Засекречивать любые потери – даже в военное время – это возврат к СССР, противостоянию со всем миром. И отрадно, что граждане обратились в Верховный суд", – пояснил он.

"Общество должно знать о гибели военных, а государство должно тщательно расследовать все обстоятельства гибели военнослужащих, — цитирует правозащитника "Газета.Ru". — Но при этом указ, даже если и останется и будет действовать, касается скорее чиновников силовых ведомств. Он дает им основания не отвечать на запросы СМИ, ссылаясь на засекреченность данных. Быть помехой родственникам, журналистам, правозащитникам этот указ не может быть, потому что касается только чиновников. Также указ не может лишить солдат неотторжимых права на жизнь и правосудие".

Кривенко считает, что даже в случае применения указа президента журналисты и правозащитники не должны нести ответственности за разглашение сведений о потерях среди военнослужащих. "Секретность должны соблюдать должностные лица, которым доверена государственная тайна, а не журналисты и общественные деятели", – пояснил он. Но так должно было бы быть в нормальном государстве. В России, говорит Кривенко, все сложнее. "Секретность – один из инструментов запугивания общества. Я знаю многих журналистов, которые сняли свои публикации из-за риска быть обвиненными в разглашении гостайны", – отметил он.

Опасения общественности не лишены оснований. Действующая редакция российского Уголовного кодекса предусматривает наказание за разглашение секретных сведений не только теми людьми, которым они были доверены, но и теми, кому они стали известны "по службе, работе, учебе или в иных случаях".

Поддержать МХГ

На протяжении десятилетий члены, сотрудники и волонтеры МХГ продолжают каждодневную работу по защите прав человека, формированию и сохранению правовой культуры в нашей стране. Мы убеждены, что Россия будет демократическим государством, где соблюдаются законы, где человек, его права и достоинство являются высшей ценностью.

45-летняя история МХГ доказывает, что даже небольшая группа людей, убежденно и последовательно отстаивающих идеалы свободы и прав человека, в состоянии изменить окружающую действительность.

Коридор свободы с каждым годом сужается, государство стремится сократить возможности независимых НКО, а в особенности – правозащитных. Ваша поддержка поможет нам и дальше оставаться на страже прав. Сделайте свой вклад в независимость правозащитного движения в России, поддержите МХГ.

Банковская карта
Яндекс.Деньги
Перевод на счет
Как вы хотите помочь:
Ежемесячно
Единоразово
300
500
1000
Введите число или выберите предложенную слева сумму.
Нужно для информировании о статусе перевода.
Не до конца заполнен телефон
Оставьте своё имя и фамилию, чтобы мы могли обращаться к Вам по имени.

Я принимаю договор-оферту

Леонид Никитинский

МХГ в социальных сетях

  •  
Требуем освобождения Софии Сапега
В защиту беларусов в России
Требуем прекратить давление на музыкантов! Noize, Вася Обломов, Ногу свело, Кортнев и др.
Предотвратить полномасштабную войну с Украиной!
Обратитесь к российским властям с призывом обеспечить безопасность Елены Милашиной и расследовать угрозы против неё
Против исключения правозащитницы Марины Литвинович из ОНК
Россияне имеют законное право на мирные акции протеста. НЕТ! насилию и судебному произволу

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2021, 16+.