Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Садистов накажут? ФСИН, прокуратура и СК проверяют российские колонии и тюрьмы



Уже почти полгода Федеральная служба исполнения наказаний, прокуратура и Следственный комитет проверяют российские колонии и тюрьмы. Известия о новых уголовных делах против сотрудников колоний, на которых годами безрезультатно жаловались заключенные, теперь приходят каждую неделю. Волну проверок во многом спровоцировал Фонд "Общественный вердикт". Летом этого года юристы Фонда не только выложили в Сеть видео страшных пыток в одной из ярославских колоний, но сумели установить имена всех участников истязаний и добиться их привлечения к уголовной ответственности.

Вот комментарий директора Фонда, лауреата премии Московской Хельсинкской Группы в области защиты прав человека Натальи Таубиной.

Наталья Таубина: Руководство ФСИН и прокуратура были вынуждены как минимум признать на федеральном уровне наличие проблемы, дать поручение о всероссийских проверках. С той поры были возбуждены десятки дел, которые до этого не возбуждались, и не только в Ярославской области, но и в других регионах. Но если мы сейчас видим некий сдвиг по части расследования случаев незаконного насилия в местах лишения свободы, то по делам о пытках в полиции все сложнее. Если нет общественного резонанса и очень убедительной доказательной базы, то дела стараются не возбуждать. Ведь не изменилась система, при которой следователь, возбуждая дело, уже думает о судебных перспективах: для него это будет отрицательный показатель, если в суде дело развалится. Соответственно, дела стараются не возбуждать, поскольку до сих пор не работает созданное уже пять лет назад специальное подразделение внутри Следственного комитета по расследованию преступлений, совершенных сотрудниками правоохранительных органов. Если бы это подразделение работало, как минимум у нас была бы разбита ситуация конфликта интересов, когда следователи из Следственного комитета не хотят возбуждать дела против сотрудников полиции, в первую очередь против оперативных сотрудников, которые помогают им в расследовании других преступлений.

Марину Рузаеву, например, пытали 2 января, сразу после Нового года. Ее позвали в отдел полиции как свидетеля преступления. Она поехала туда добровольно и была готова сказать все, что знает. Но почему-то сотрудникам полиции понадобились зверские методы – применять электроток, сковывать руки и ноги, надевать на голову пакет. И мы уже три года не можем добиться нормального расследования по этому делу. Недавно дело опять было прекращено по каким-то странным основаниям. Следователь говорит, что он опросил сотрудников полиции, и они уверенно говорят, что никакого насилия к Марине Рузаевой не применялось, и их версии можно верить, в то время как словам Марины Рузаевой и ее супруга верить нельзя, поскольку они – лица заинтересованные (а полицейские – видимо, совершенно не заинтересованные и абсолютно объективные).

Марьяна Торочешникова: Чего вы ждете от 2019 года?

Наталья Таубина: Прежде всего, мы ожидаем, что в этом году начнутся судебные процессы по "ярославскому делу". В современной России это будет первое дело, когда по этой статье на скамье подсудимых будет такое количество обвиняемых по одному эпизоду ("Превышение должностных полномочий с применением насилия"). Сейчас это уже 15 человек.

Мы продолжим работать по всем делам, связанным с произволом, пытками и другими нарушениями со стороны сотрудников полиции. У нас появились дела, где пострадавшие говорят о пытках со стороны сотрудников ФСБ. И мы надеемся, что в следующем году эти дела все-таки дойдут до суда, поскольку "ярославское дело" привело к созданию коалиции гражданских организаций под названием "Без пыток".

Мы разработали пакет срочных мер, а в следующем году планируем дальше прорабатывать эти меры и добиваться их внедрения на практике. Сейчас мы слышим от ФСИН, в частности, что всех надо обеспечить камерами видеонаблюдения, "но, к сожалению, это очень дорого, и пока федеральный бюджет не располагает такими средствами". Мы убеждены, что дело не в количестве. И мы уже сейчас видим: то видеонаблюдение, которое есть внутри пенитенциарной системы, вполне работает, просто не на те цели. То, что снимали на видеорегистратор в ярославской колонии, снимали для того, чтобы отчитаться перед начальником, а не для того, чтобы избегать насилия. Если пенитенциарная система изменит свои приоритеты и уже имеющуюся систему видеонаблюдения повернет на цели предотвращения незаконного насилия, то вполне можно работать с имеющимися ресурсами. Мы предлагаем синхронно транслировать записи в прокуратуру. Возможны и другие варианты, но важен принцип: чтобы у ФСИН не было монополии на хранение записей. И это будет большой сдвиг, поскольку это те доказательства, против которых, как говорится, не попрешь.

Источник: Радио Свобода, 28.12.2018


Альберт Сперанский

Лев Пономарев

Сергей Мохнаткин

МХГ в социальных сетях

  •  
Против изоляции российского интернета
Защитить свободу слова и СМИ! Прекратить преследование Светланы Прокопьевой
Потребуйте освобождения Анастасии Шевченко из-под домашнего ареста
Верните россиян домой! Обмен пленными Россия-Украина
Выпустите 75-летнего ученого Виктора Кудрявцева из изолятора!
Прекратить дело "Нового величия"!
Остановим пытки в российских тюрьмах! #БезПыток

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2019, 16+. Текущая версия сайта поддерживается благодаря проекту, при реализации которого используются средства гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.