Russian English
, , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

За участие подростков в митингах организаторов будут штрафовать на десятки тысяч рублей. Об итогах года



Владимир Путин подписал сегодня множество законов, которые вот-вот вступят в силу. Среди них – поправки к 20-й статье Кодекса об административных правонарушениях. И теперь за участие подростков в митингах организаторы могут поплатиться штрафом до полумиллиона рублей.

О своем отношении к этому закону говорит руководитель движения "За права человека" и член Московской Хельсинкской Группы Лев Пономарев.

Лев Пономарев: Просто появился еще один закон, причем антиконституционный, который надо отменять.

Марьяна Торочешникова: Я думаю, теперь сотрудники полиции могут приводить на акцию своих детей, а потом обвинять, например, вас или Навального, то есть любого, кто заявил об организации акции, в том, что вы привлекли несовершеннолетних.

Лев Пономарев: Этот закон – как печать на Государственной думе: он абсолютно нелепый. Как юридически обвинять людей, если пришли незнакомые подростки? Ты же не знаешь, кто придет на массовую акцию. Конечно, организаторы массовой акции должны думать о том, чтобы там не били стекла. Но отвечать за подростков практически невозможно.

Марьяна Торочешникова: Этот закон будут использовать против организаторов акций?

Лев Пономарев: Будут. И судьба его точно такая же, как судьба "лайков" и репостов в интернете. Пошли сотни задержаний, административные, уголовные обвинения, и, в конце концов, с большим трудом Путин подписал... Сегодня же он подписал закон, который ликвидирует некую нелепость (хотя не до конца), и тут же подписал другой. Это означает, что они просто не знают, что делать, чувствуя, что народ сто процентов будет выходить на улицы.

Марьяна Торочешникова: Во всяком случае, таким образом будет легко избавиться от лидеров протеста, заявивших тот или иной митинг: если пришли несовершеннолетние, то организатора или на 15 суток, или штраф (а штрафы приличные).

Лев Пономарев: Я был заявителем акции на 16 декабря. Они меня посадили, и акция не состоялась, потому что я действительно был основным ее мотором. Я думал, что на этой акции мы будем больше всего говорить о делах "Сети" и "Нового величия".

Марьяна Торочешникова: Об этом говорили и на заседании Совета по правам человека...

Лев Пономарев: Важно, чтобы общество знало об этом, и для этого проводится митинг. Но, оказывается, что посадка может быть даже более эффективной, чем митинг! И здесь тоже будут посадки. Если будут сажать за детей известных людей, но несправедливо, то эта тема и без митинга все равно будет популярной.

У наших силовиков и власти безвыходная ситуация. А молодые люди, "непоротое поколение" – это люди свободные. И не случайно подростки выходят, яростно что-то говорят. Другое дело, что, может быть, иногда их надо и оберегать от какого-то радикализма, работать с ними. Вот я с ними работаю.

Марьяна Торочешникова: Лев Александрович, чем вам запомнился минувший год?

Лев Пономарев: В этом году появились два дела – "Сети" и "Нового величия". И я уже знаю, какой политический и правозащитный лозунг должен быть у новой протестной волны: "Долой произвол ФСБ!". В этом году мы узнали...

Марьяна Торочешникова: ...что ФСБ тоже пытает.

Лев Пономарев: И у них это уже вошло в практику. Она пытала фигурантов дела "Сети", но, оказывается, она пытала и предпринимателей в Питере, и многих других. Они пытают всех, кто попадает к ним в руки. Они пытали электротоком какого-то кавказца в Москве. Его посадили за то, что он якобы организовывал здесь ячейку запрещенного в России ИГИЛ. Мы защищаем этого парня. Был военный суд. Суд первой инстанции дал ему 20 лет, но Военный суд приостановил свою работу. Он сказал: "Меня пытали", – и судья остановил процесс, потребовал провести проверку. Проверка была проведена довольно быстро, сказали: "Никаких пыток не было", и ему присудили 20 лет. Я знаком с материалами этого дела и точно знаю, что он не террорист. А 20 лет – это все равно что убить человека.

Марьяна Торочешникова: А как бороться с произволом ФСБ? На произвол полицейских можно пожаловаться в Следственный комитет, на произвол Следственного комитета – прокурору. А ведь ФСБ сейчас всесильна.

Лев Пономарев: Фактически сейчас власть в стране принадлежит не политическому руководству страны, не Путину, но когда я говорю, что власть принадлежит ФСБ, то в том числе и Путину. Здесь нет оговорки. Можно даже сказать, что это хунта ФСБ, то есть ряд очень высокопоставленных людей, имеющих погоны сейчас или выходцы из ФСБ. Они рулят страной, всеми внутренними политическими процессами. Экономика, слава Богу...

Марьяна Торочешникова: Наверное, ею рулят в МВД.

Лев Пономарев: МВД под контролем ФСБ. Даже в разговорах с полицейскими это регулярно всплывает. Я сидел четыре раза и сам видел: полиция в тяжелом обмундировании, ОМОН и какой-то гражданский шнырь: он показывает на меня, и они набрасываются на меня и волокут. Это наверняка эфэсбэшник.

Марьяна Торочешникова: Или, может быть, кто-то из Центра "Э".

Лев Пономарев: А Центр "Э" полностью под контролем ФСБ.

Марьяна Торочешникова: Вы умеете портить отношения с чиновниками. То вы были в схватке с ФСИН, когда ею руководил господин Калинин, а сейчас, похоже, нарвались на конфликт с ФСБ и, может быть, даже с президентом. Ведь после того, как члены президентского Совета жаловались ему на ваш арест, рассказывали о делах "Сети" и "Нового величия", начались неприятности и у движения "За права человека". В этом году вас лишили президентского гранта и уже предложили готовить документы для проверки.

Лев Пономарев: Конечно, идет спланированная атака на меня, но и у меня идет атака на ФСБ. Они все время подбрасывают новые и новые сюжеты.

Когда я сидел, туда привезли молодого парня: административный арест – ругался матом. Но парнишка абсолютно интеллигентный, более того – настоящий мусульманин, молился там по несколько раз. Было очевидно, что он не ругается матом. Он прилетел сюда из Турции, где отдыхал. Его сначала сутки мордовали во Внуково, опрашивали эфэсбэшники, потом все-таки дали ему документы. Он выходит из аэропорта – его похищают: оформляют ему арест за то, что он ругался матом. Некоторое время он сидит. Потом снова административный арест.

Марьяна Торочешникова: А что от него хотят?

Лев Пономарев: Я убедился, что административные аресты в рамках спецприемников используются как внутренняя тюрьма ФСБ. Они фабрикуют всякие административные аресты, могут написать что угодно. Второй раз они влили в него бутылку водки (это он рассказывал). А когда он очухался в отделении полиции, его опять судили: снова ругался матом, да еще был пьяный, – и дали чуть побольше. Сегодня мы узнали, что его снова привезли в суд и осудили еще на 15 суток за то, что он ругался матом. Это уже третий административный арест. Чекисты чего-то хотят от него. Они его опрашивают, вербуют, как он мне рассказывал.

Марьяна Торочешникова: Наверное, хотят приписать ему связи с ИГИЛ?

Лев Пономарев: Конечно. То, что они делают, совершенно возмутительно! Они реально похищают людей.

Марьяна Торочешникова: А кто и как может это остановить?

Лев Пономарев: Народ должен их остановить. Это нельзя терпеть. Чекисты используют методики 37-го года. Это же дикая история! Есть достаточно много свободы, есть гласность... В 30-х годах люди действительно были задавлены: чуть сказал не так – тебя сразу загребут, посадят. Сейчас-то, слава богу, мы можем говорить. И мы должны этим возмущаться, общество должно кричать об этом.

Марьяна Торочешникова: А может быть, общество боится ФСБ? Что с работы уволят...

Лев Пономарев: Нельзя бояться! Мы должны это остановить! Я работаю с государственными правозащитниками. Я все высказал Федотову, он написал прокурору Москвы. Можно это делать и через другие государственные институты. И когда будет много всего, я думаю, они должны хоть как-то сдаться.

Марьяна Торочешникова: Но, судя по тем репликам, которые мы слышали от Путина на заседании СПЧ, и по тому, что можно было прочитать в стенограмме той части, которую не снимали на видео, президент не намерен...

Лев Пономарев: Путин не выполняет одну из своих главных задач – он не является гарантом конституционных прав граждан. И это знает каждый. На одной из радиостанций было голосование, и 94% слушавших меня проголосовали: "Да, мы согласны, что президент России не выполняет функцию гаранта прав человека". Это дело серьезное.

Марьяна Торочешникова: С другой стороны, Фонд "Общественное мнение"летом этого года публиковал результаты опроса, по которым единственным человеком, гарантирующим защиту прав и свобод граждан, является президент. Следом идет, по-моему, прокуратура, а потом полиция.

Лев Пономарев: Видимо, эти 94% доверяют мне, когда я об этом рассказываю.

Марьяна Торочешникова: Поздравляю всех с наступающим Новым годом!

Источник: Радио Свобода, 28.12.2018


Альберт Сперанский

Лев Пономарев

Сергей Мохнаткин

МХГ в социальных сетях

  •  
Против изоляции российского интернета
Защитить свободу слова и СМИ! Прекратить преследование Светланы Прокопьевой
Потребуйте освобождения Анастасии Шевченко из-под домашнего ареста
Верните россиян домой! Обмен пленными Россия-Украина
Выпустите 75-летнего ученого Виктора Кудрявцева из изолятора!
Прекратить дело "Нового величия"!
Остановим пытки в российских тюрьмах! #БезПыток

© Московская Хельсинкская Группа, 2014-2019, 16+. Текущая версия сайта поддерживается благодаря проекту, при реализации которого используются средства гранта Президента Российской Федерации на развитие гражданского общества, предоставленного Фондом президентских грантов.